March 24th, 2021

Цивилизационный разрыв

Человечество во все века делилось на два типа людей: селян и горожан. Этот закон непреложен.

Селян в древности называли варварами (да, именно за неумение говорить слова нормативно; т.е. в голове у человека такая каша, такое отстутствие устойчивых представлений о мире, что даже слова, которые он произносит, не имеют устойчивой, постоянной формы). Но варварская речь - это только внешний признак варвара. Гораздо точнее характеризует варвара его желание везде получать себе выгоду. Само по себе желание получить выгоду нормально. Но оно становится ненормальным, когда его не компенсирует представление о бескорыстии, о поступках, которые совершаются не ради пропитания, богатства, славы или влезания в доверие к влиятельным лицам. Все по-настоящему стоящие вещи - наука, искусство, благотворительность, дружеские отношения - всегда создаются бескорыстными стараниями. Если человек живет только представлением о корысти, отрицая значимость бескорыстных дел, то это самый настоящий варвар, тупо и жадно превращающий всё вокруг в корм себе любимому.

Горожанин, как и селянин, тоже может проявлять признаки варварства. Для этого случая также имелось специальное название: плебей, т.е. варвар, втершийся в городскую жизнь и обитающий на городском дне. Корысть - это то, что всегда движет поведением животных, а человек имеет отчасти животную природу, поэтому не стоит ожидать, что на какой-то стадии развития человечество станет полностью бескорыстным. Но у горожанина есть существенное преимущество по отношению к селянину: предки горожанина однажды сделали над собой усилие, чтобы совершить цивилизационный скачок - совершить переход из деревни в город. Чем отличается город от села? В селе всегда всё стабильно и нерушимо, в городе всё переменчиво и непостоянно. В селе - вечный застой, в городе - вечное движение. В селе раз и навсегда решено, что плохо, а что хорошо, а в городе приходится давать оценки добру и злу ситуативно, каждый раз беря на себя ответственность за ошибки. Жить, опираясь на мнение толпы или чей-то авторитет, легко, а жить, опираясь только на собственное мнение, сложно. Это два абсолютно разных образа жизни. Принять городские правила игры для селянина очень трудно, невероятно трудно. Обычно варвар всегда хочет навязать городу свой образ жизни, подмять горожан под себя, вместо того, чтобы сделать над собой бескорыстное усилие и поменять свое собственное отношение к жизни. Но если ему это удается, происходит личностный цивилизационный скачок.

Существует парадоксальное правило: как только варвар начинает осознавать себя варваром, он перестает быть варваром и начинает движение к цивилизации. Более того, его усилия по собственному отрицанию себя (вернее, своей варварской природы) приносит плоды и его потомкам. Дети селянина, натурализовавшегося в городе, становится урожденными горожанами, и у них появляется шанс получить правильное представление о бескорыстии, ибо концепция города строится на подавлении частного во имя общего: жители городских полисов вынуждены постоянно договариваться друг с другом, постоянно идти на компромиссы и уступки во имя общего блага, которые оформляются в законы, полезные для всех.

Вообще, там, где население проявляет договороспособность, т.е. готово что-то бескорыстно отдать ради общего блага, можно говорить о присутствии цивилизации и культуры. И наоборот, если люди не проявляют способности договариваться, их следует считать варварами. С этой точки зрения, ни Россия, ни Украина не проходят проверку на цивилизованность, ни там, ни там нет достаточного количества людей, способных прийти к согласию по серьезным общественным вопросам, не сваливаясь в стычки и гражданские конфликты.

Таким образом, говоря о цивилизационном разрыве между горожанином и селянином, следует опираться на тот факт, что предок селянина - варвар, а предок горожанина - варвар, сделавший над собой цивилизаторское усилие. И этот факт остается решающим водоразделом в мировоззрении людей даже в современности, где понятия настолько спутаны, что в одних краях варвары, дорвавшись до власти, обрушивают естественную иерархию людей, беззастенчиво ставя на вершину пирамиды себе подобных дикарей, а в других - развращенные элиты, заигрывая с потомками варваров, провозглашают плебс главным источником истины, просвещения, свободы, а потомков оцивилизовавшихся варваров подвергают показательному остракизму.
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Для завершения пазла

Ниже я написала длинный и довольно занудный, хоть и познавательный пост про то, кем являются варвары и плебеи современности. Думаю, что пазл сложится окончательно, если я добавлю, что для человека с менталитетом села к настоящему моменту сложился ряд определений: колхоз или колхозник, жлоб, гопник, шпана, пацан, рагуль, быдло, свинопас - все эти слова довольно точно характеризуют классического варвара, живущего в окрестностях древнегреческого полиса или Древнего Рима. Малограмотный человек из самых низших слоев, который кормится грубым трудом или криминалом, действует невпопад, нагло прет напролом, не думая об интересах окружающих, не имея представления об общественных приличиях, - этот психологический типаж прошел через века и дошел до нашего времени в первозданном состоянии. Более того, в современности люди с такой ментальностью смогли захватить власть в целых странах, и все мы можем легко вспомнить не одного, а несколько таких "правителей" и "общественных деятелей" в нашем обществе.
А как же тогда насчет горожан? Где те ответственные и деятельные горожане, которые создают варварскому нашествию гармонизирующий баланс? К сожалению, не могу сказать, что в настоящее время мы переживаем расцвет городской цивилизации. Наши города находятся в упадке - и это видно даже по их внешнему виду и экологическому состоянию. Мы - и россияне, и украинцы - проходим сейчас длительный период архаизации общества, размывания городской культуры, деградации в варварское состояние. Ответственных граждан с городским менталитетом слишком мало, их число слишком незначительно, чтобы дать отпор увеличивающейся с каждым годом варваризации. Выход из этого по-своему интересного состояния вряд ли следует ждать в ближайшие годы, но это не значит, что ответственным гражданам следует впасть в бездействие. Наша задача состоит в том, чтобы сознательно удержать себя и окружающих от окончательного скатывания в положение вечно враждующих, охваченных грабежом и беспределом территорий.