Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

С чего бы это?

Я иногда думаю: по какой причине Сталин остановился в Берлине, не попер дальше через американцев учреждать в Европе советский интернационал? Струсил, почувствовал, что на американцев силенок не хватит? Вот только не надо мне говорить, что он соблюдал какие-то там соглашения - уж я знаю, как на наших просторах относятся к соглашениям и договоренностям. Люди с менталититетом деревни по определению не договороспособны, их действия определяются "непосредственной целесообразностью" (корыстью, проще говоря) и базируются на кумовстве и на факторе силы, понятия "закон" и "общее благо" для них - пустой звук. Соглашения, ага.
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Ну и что теперь делать?

Недавно - судя по зарегистрированным системой датам, это было 16 августа - я выложила на киндл англоязычный релиз (pre-order) своего средневекового (своей средневековой?) фэнтези о короле Артуре. Выложила чисто от отчаяния: прямо перед этим я выложила туда маленькую повесть про кошку для детей только что переведенную на английский - и покупатели ее игнорировали просто в упор. В принципе, это нормальная ситуация: одна из моих самых читаемых и продаваемых книг до того, как стать востребованной, несколько лет висела на киндле мертвым грузом. Это нормально, но всё равно - неприятно, когда усилия творца не ценят.

Поэтому чисто в силу протеста я выложила на киндл анонс англоязычного варианта своих хроник о короле Артуре, с датой выхода ровно через год (киндл не позволяет тянуть больше года), т.е. 16 августа 2022 года. Вообще-то я не собиралась переводить эту книгу, то есть, собиралась, но потом, попозже как-нибудь, когда разгребу текущие проекты, годика через 2-3... 4-5... Перевести 10 авторских листов - это зверский труд даже для более опытных переводчиков. Мне просто хотелось посмотреть, как будут реагировать на этот анонс потенциальные англоязычные покупатели - будут делать заказы или нет. Судя по книжке про кошку, реакция должна была быть нулевой. Я и отнеслась к этому начинанию, как к заранее безрезультатному, пообещав себе, что приступлю к переводу только если появится хотя бы один заказ. Хотя бы один... И забыла об этом обещании, как и вообще забыла об этом импульсивном анонсе.

И вот, чисто случайно открываю сегодня раздел "pre-orders" - и пожалуйста, 25-го числа пришел заказ из Германии! Тот самый "хотя бы один". И что теперь, спрашивается, делать? Переводить, чтобы уложиться в год без двух недель? Повторяю, это зверский труд, который накладывается, к тому, на множество других текущих задач. Я так занята, что даже кошку не могу позволить себе завести - нет времени отвлекаться. Да что там кошку - даже рыбок в аквариуме, каких-нибудь голимых гуппи я не могу себе позволить из-за опасения, что они погибнут от голода, потому что у меня не будет времени купить и насыпать им корм.

Но и бросить жалко. Уже ведь есть один читатель, а за год, может, еще с дюжину набежит - хороший старт для книги, он может запустить амазоновские механизмы рекламной раскрутки. Чертовски заманчиво получить через год англоязычную книгу с пакетом раскрутки продаж. С другой стороны, даже с раскруткой спрос на книгу всегда может упасть. Алекс Бобл и ко в свое время схватили хайп на амазоновской рекламе своих переводных литрпг. Зашла недавно на страничку Бобла на амазоне - рейтинг такой же, как у всех, от былой славы не осталось и следа... То, что штампуется за пару месяцев на коленке, не может стать лонгридом - над лонгридом нужно корпеть больше года. Не знаю, что делать, просто не знаю...

30 лет уже

Подумалось мне тут невзначай: а ведь уже тридцать лет существуют реакционные режимы на базе распавшегося СССР.
Тридцать лет нас упорно тянут назад, в дикий капитализм царской эпохи, под настойчивые песни, что это-то и есть самая правильная форма жизни.
Чтобы можно было наглядней представить размах протекающих процессов: отсчитайте 30 лет от 1917-го года, как исходной точки, - и получите государство образца 1947-го года, с уже вполне сложившимся типом людей и укладом жизни.
Я вовсе не фанат совка (антифанат, скорее), но и на мертвечину в виде реанимированного воинствующего имперского или эрзац-имперского традиционализма с фокусами религиозников, окаменевшими границами сословий и жутким расслоением я тоже не подписывалась.
А мне в виде единственной альтернативы пытаются впаривать именно эту мутную грязную бурду - то заискивающе заглядывая в глаза ("вы же с нами, вы же наша, правда?"), то, когда убеждаются, что я не "ваша" - площадными оскорблениями, то даже просто пытаясь беспардонно нарушить границы моей личности и подменить мои цели своими под действием допотопных иллюзий о "природном предназначении".

О Гузель Яхиной и любимцах императора

Открою один маленький секрет, который удивит всех любителей и ненавистников творчества небезызвестной Гузель Яхиной и, может быть, даже в чем-то расскроет им глаза.

Довольно давно в интернете ведутся прения о том, почему абсолютно бездарный, написанный самым кондовым, лубочным языком яхинский опус про Зулейху вдруг стал в России литературной бомбой.

Объяснение этому - необыкновенно простое. Чтобы понять суть этого феномена, давайте вспомним историю юноши Антиноя, любимца императора Адриана. Антиной приобрел настолько большое влияние в государстве, что все приближенные императора считали своим долгом восхищаться его небывалыми добродетелями и очень часто установливали в своих виллах его бюст или скульптуру в полный рост, вследствие чего до нас дошло чрезвычайно много его скульптур.

В современной самодержавной России, функционирующей, в общем, по тому же принципу, по которому функционировал разлагающийся Рим, тоже есть институт "любимцев императора". Все прекрасно знают, о ком идет речь. Как-то лет десять назад, прогуливаясь в Петербурге вдоль парка Интернационалистов, рядом с которым я тогда жила, я с удивлением обнаружила на границе парка неизвестно откуда взявшийся в одночасье "памятник спецназу России" (см. фото ниже). Спецназ России, он же ФСБ, он же реинкарнировавший НКВД, он же ЧК - это и есть, по известным причинам, нынешний "любимец императора".

Поэтому, совершенно неудивительно, что даже самое бездарное произведение, где среди положительных героев фигурирует чекист (а в Зулейхе он фигурирует), будет пользоваться в современной России бешеной популярностью, и совершенно неважно, что "император" никогда, возможно, не возьмет в руки эту книгу, потому что давно ничего не читает - и подозреваю, никогда ничего не читал, кроме отчетов подчиненных. Члены секты приверженцев прелестного юноши Антиноя уж позаботятся - искренне и добровольно, - чтобы слава о любимце императора разнеслась по всему свету.

Тюрьма Стэнли

Перевожу сейчас роман одной американки корейского происхождения о Гонконге времен японской оккупации. Она умудрилась из небольшого рассказика создать целый эпос того времени. Сюжетистка из нее не очень (я лучше), но по части фактуры она несравненна - сказывается прошлое автора в качестве редактора в одном влиятельном глянцевом журнале. Историческая фактурность - это когда в сюжет нашпиговано столько деталей, что кажется, что живешь в этом времени.

Часть событий в романе происходит в тюрьме Стэнли, одной из шести суперохраняемых тюрем Гонконга, что-то вроде гонконгского Алькатраса. Я дошла до эпизода, где девушка, приехавшая туда на встречу со своим интернированным бойфрендом, мельком упоминает о том, что накануне она была на обеде с неким Vandeleur Molyneux Grayburn, который "по-прежнему очарователен, но сильно расстроен тем, что происходит".

Этот Vandeleur Molyneux Grayburn оказался, по сведениям англоязычной википедии, сэром Ванделером Молино Грейберном. Он был главным управляющим Гонконгской и Шанхайской банковской корпорации с 1930 по 1943 год и также он был самым влиятельным финансистом на Дальнем Востоке в 1930-х годах и сыграл важную роль в установлении гонконгского доллара в качестве официальной валюты колонии. Но даже не это важно. Этот Грейберн оказался еще и героем: "во время японской оккупации Гонконга во время Второй мировой войны Грейберн был арестован за оказание денежной и материально-технической помощи военнопленным и взятым в заложники служащим банка. Он был заключан в тюрьму Стэнли, где умер в 1943 году от бери-бери".

Удивительно: банкир и одновременно герой. Богач, умерший от голода (от системного недоедания и однообразной пищи, приведшей к авитоминозу (бери-бери). В наших землях такого не бывает. А в других странах бывает, потому что там другое качество менталитета. Варвар-деревенщина, живущий за пределами городских стен не может принести себя в жертву общему делу - мы это видим по качеству нашей вороватой и равнодушной к общественным проблемам пролетарской "элиты". Горожанин, имеющий представление об общем благе (гражданин) - может.

Пока не знаю, будет ли Грейберн фигурировать дальше в сюжете, но уже одного упоминания о нем достаточно, чтобы получить представление о профессиональном уровне повествования: под видом художественного произведения автор создал практически курс лекций по истории того периода в той части планеты.

Тюрьма Стэнли в Гонконге


Сэр Ванделер Молино Грейберн

О большевистских революциях

Да, именно так - во множественном числе. Потому что большевистская революция - ни что иное, как обычное восстание плебса (или крестьянская война). От обычной крестьянской войны большевистскую революцию отличает только то, что крестьянская война обычно терпит поражение, а большевистская революция - это крестьянская война, при которой плебсу удается захватить власть.

Ошибочно принято считать лидеров классической большевистской революции ее главными зачинщиками и подстекателями благонамеренного народа, который никогда не смог бы прийти к мысли о свержении текущего режима, а если бы и пришел, то не имел бы шансов самостоятельно его обрушить. Это неверный взгляд на ситуацию. Исторический фактаж показывает, что стихийные крестьянские войны являются закономерным явлением для государств с критическим большим расслоением по уровню жизни. Крестьянская война - это своего рода огромная волна народной энергии, которую, как и любой другой вид энергии, можно направить в любое русло, - и современные способы управления массовыми процессами позволяют эффективно использовать эту энергию любым достаточно хорошо организованным авантюристам.

И даже термин "большевик" намекает на основной метод большевистской борьбы: взять верх при промощи тупой толпой, задавить противника массой.

Я не вижу никакого смысла разделять большевиков от плебса. Большевики — это просто плебс, победивший в очередном восстании спартака/пугачева/мартина лютера кинга. Раньше, да, действительно, плебс не побеждал, не удавалось ему организоваться лучше, чем были организованы регулярные войска. Ну и что? не побеждал не побеждал — а в век масс медиа и оружия массового поражения плебс научился побеждать очень хорошо, тем более, его количественно всегда больше.

Ну да, было немножко удивительно, когда это случилось в первый раз в России. Но потом-то пошло как по-накатанному. Этих большевистских революций по всему миру уже случилось десятками. И еще будут будут случаться в неменьших количествах. А в России большевистские революции вообще войдут в норму, потому что нельзя безнаказанно доводить до такого дикого расслоения и не получить в результате сброса цивилизации в архаику.

На Украине точно по тем же причинам сейчас чудит плебс: сельские человеки труда, недвольные убогостью своего положения, выбрали в козлы отпущения русскоязычных горожан (буржуев), а их предводители, условные ленины, чтобы упрочить свое положение, бегают совещаться и получать поддержку в иностранные посольства. Недвольство сельского пролетариата своим положение вполне обосновано, но только выбор мишеней для их недвольства всегда оказывается крайне нерациональным и не имеет отношения к реальным причинам убогости их положения.

Я отказываюсь понимать этот непрекращающийся ажиотаж по поводу классических большевиков. Обычное типовое явление истории данной цивилизации.

Если государство системно не оцивилизовавывает пространство вне городских стен, то рано или поздно в город придут варвары и начнут устанавливать свои порядки — это аксиома, проверенная на опыте еще Западной и Восточной Римскими империями.

И в особенности эта аксиома касается таких стран, как Россия, где неокультуренного пространства вне стен городских полисов оооооочень много.

Синдром большевизма и "убийство царя"

Как и всякая варварская территория, Россия обречена нарезать круги сансары, то и дело возвращаясь к старым нерешенным проблемам. Сейчас - под сейчас я имею в виду ближайшие десятилетия - намечается один из таких повторящихся кризисов: столкновение религиозных реставраторов с нео-большевизмом.

Религиозные реставраторы выплыли на повестку из-за глупости властей, позволивших фанатикам поднять голову, консолидировать вокруг себя пул самых замшелых традиционалистов и возмечтать - с тихой поддержкой тех же властей - о былом величии. Что же касается поддерживающих их традиционалистов, то часть из них, накопив капитал в ходе хищнической деятельности 90-х, надеется теперь с помощью религии упрочить и расширить свое влияние в обществе, а другая часть - это небольшая, но очень визгливая прослойка ультраправых.

Нео-большевизм представлен в основном левой молодежью, горожанами первой и второй волн переселения крестьян в города в советский период. Их, имеющих представление о том, сколько труда вложили их предки для повышения своего социального статуса, когда для этого открылось соответствующее историческое "окно", разумеется, раздражает идея отправить их всех обратно на выселки и восстановить над ними институт бар с плетками под песни о расплате за то, что они и весь их род "убили царя".

"Убийство царя" - это вообще отдельная тема. Это вид авторитарной пропаганды, сознательно навязываемой нам из всех возможных каналов, конечная цель которой - вернуть Россию - а в идеале все пост-советские страны - в режим клерикального государства. Сделать это, разумеется, невозможно, и даже озвучивать это намерение открыто кремлевские реакционеры пока не решаются, завуалированно транслируя свои мечты ширмассам под видом "необходимости раскаяния за убийство царской семьи". Но серьезное гражданское противостояние, вытекающее из этой ситуации, грозит всем нам изрядно попортить кровь.

Протасевич и абберации среды

Как обычно, когда где-то происходит экзистенциальный взрыв, в окружающей среде вокруг эпицентра начинаются волны абберации, и люди, обладающие, казалось бы, сознанием, теряют цельность логического мышления и начинают делать противоречивые вещи.

Отец Романа Протасевича высказывает утверждение, что его сын признал за собой "вину" либо из-за угроз и пыток, либо под действием психотропных веществ. Мозги папы революционера явно не способны осилить мысль, что сказанные им слова звучат, как оправдание поведения сына только в той системе, где его сейчас нет, а там, где он сейчас находится, эти слова только усиливают предъявленные ему обвинения. Из всех экзистенциальных выборов папа предпочел сохранить свой имидж отца сына-героя, отца, вызывающего сочувствие своей системы, системы, в которой он существует, и гнев системы, в рамки которой попал его сын. Папа оказался в своем роде предателем, предав интересы сына ради сохранения гармоничного существования в своей среде.

Командир отряда "Азов", будучи спрошенным, участвовал ли Роман Протасевич в рядах его формирования тоже повел себя экзистенциально двояко. Если бы он руководствовался интересами задержанного революционера, он бы стал отрицать какое бы то ни было его присутствие в своем батальоне. Но он тоже предпочел его «сдать», обменяв интересы Протасевича на такую малость, как простое нежелание тратить время и умственные усилия для обдумывания правдоподбной лжи, а также потакая своей гордыне, которая не позволяла ему подвергнуть сомнению почетность принадлежности к своей организации. Наверное, ему никогда не нравился этот юноша. Будь на его месте кто-то из близких ему людей, чьи интересы он бы принимал близко к сердцу, он бы, я не сомневаюсь, тут же привел множество доказательств, что этого человека никогда не было в "Азове", и он с ним не знаком.

Вот так раскрываются в экзистенциальных преломлениях истинные отношения между людьми, считающих себя соратниками и ближайшими членами семьи.

Дурачье в интернете

Все е-бездельники вовсю смакуют, как должен был быть ошеломлен и растерян Протасевич, когда реальность ворвалась к нему через айфон. Чуть ли не подмигивают друг дружке: эх, мол, молодежь, выросшая в виртуале на компьютерных играх, ничего-то вы не смыслите в вопросах реальности, а уж мы бы на вашем месте!... Речь идет, конечно, о перевесе в изворотливости, а не по части принципов. Особенно усердствуют те самые старперы, которые первыми дорвались до интернета в 90-е и уютно просидели в нем все штаны вплоть до наших дней. Само собой - ведь они уже, истрепавшись, вышли в тираж и вынуждены наблюдать жизнь со стороны, когда еще доведется ощутить моральное превосходство над успешным (до недавнего времени) и востребованном в непыльной околополитической сфере молодым карьеристом, успевшим к своим 26 годам насладиться выбросами адреналина гораздо больше, чем они за всю свою жизнь?

Дурачье в интернете, большинство из которого, конечно, технари, склонные больше к алгоритмизации (клишированию) реальности, чем к честным рефлексиям над ней, вовсю рассуждает о том, как же это так получилось, что Протасевич, закаленный революционер, не позаботился уничтожить айфон или хотя бы симку (утопить в туалете, сжечь в микроволновке, разбить молотком). И каждый надувается, как индюк, от осознания того, что уж он-то не оказался бы таким дураком на месте этого беларуса.

А на самом деле, буквально каждый из интернет-серостей выглядел бы таким же жалким и нешустрым в подобной ситуации. Быть время от времени дураком - заложено в любом человеке, ибо такова человеческая природа. Лишь единицы способны осознанно работать над тем, чтобы ограничивать для себя спектр дурацких поступков, большинство же видят глупость только со стороны, не примеряя ее к себе, или возвеличивая свою глупость, как выбивающийся из общего ряда исключительный и выдающийся эксцентризм.

Екатерина Вторая и Ленин

Меня всегда удивляло, почему русские всё время норовят снести памятники Ленину, но нервничают, когда украинцы начинают подумывать снести памятник Екатерине в Одессе. А ведь в понимании украинцев именно Екатерина была "украинским лениным", загнавших украинцев в крепостничество. До нее они были свободны многие века — гораздо дольше, чем предки теперешних русских. И это, кстати, чувствуется в менталитете: украинцы гораздо меньше озабочены вопросами рангов и начальственности, чем россияне. Казалось бы, дела давно прошедших дней, разница всего в каких-то нескольких дополнительных веках свободы — а отпечаток на ментальности наложился серьезный.